Татьяна Щербак: "Женский футбол — буря эмоций, которых мужчинам немножко не хватает", Голкипер Национальной сборной России рассказала о том как выросла на хуторе, о семье, в которой девять детей и признании трижды лучшим вратарем в России., Женская футбольная Лига. Официальный сайт

Новость

09 апреля

Татьяна Щербак: "Женский футбол — буря эмоций, которых мужчинам немножко не хватает"

09 апреля

Татьяна Щербак: "Женский футбол — буря эмоций, которых мужчинам немножко не хватает"

Фото: личный архив Татьяны Щербак

Голкипер  Национальной сборной России и "Краснодара" Татьяна Щербак рассказала о том как выросла на хуторе, о семье, в которой девять детей и  признании трижды лучшим вратарем в России.

— Перед сборами национальной команды ваш "Краснодар" крупно уступил армейкам… нет, лучше ЦСКА. Счет 0:4. Как вы переживаете такие моменты?

— Анализируем и идем дальше. Проигрывать неприятно, но такое бывает, к сожалению. Стараюсь воспринимать, как опыт, потому что если зациклишься, ничего хорошего не будет.

— По делу проиграли?

— Пожалуй.

— Год назад появилась женская команда «Краснодар», куда перешло большинство футболисток "Кубаночки", и вы в том числе. Как прошла смена прописки?

— Без проблем. Переехали в феврале прошлого года в академию "Краснодара", тренируемся и домашние матчи проводим там. Условия, инфраструктура, обстановка — все по-другому. Ребята, которые постоянно живут в академии, создают такую атмосферу, при которой все движется в едином потоке и подчинено общей цели. Ощущаем себя частью большого дела, и чем дальше, тем крепче это чувство. Спасибо Сергею Галицкому за то, что он делает для футбола.

— Проникаетесь духом «быков», значит. Как, кстати, неформально называют женскую команду "Краснодар"?

— Не так, как вы подумали. Слышала, болельщики зовут нас "быкули". Необычно и даже симпатично. Вообще женский футбол — буря эмоций, которых мужчинам немножко не хватает. У них больше артистизма, у нас искренности.

— Разве вас не выручает артистизм, когда нужно заработать фол?

— Вы про симуляцию? Насчет полевых игроков не могу сказать, думаю, мужчины способны сыграть более убедительно. А вратарей сложно заподозрить в симуляции хотя бы потому, что нас запрещено трогать в наших владениях. Любое касание — фол сопернику. Вообще вратарь чаще доигрывает матч с травмой, чем пытается ее изобразить. На нас особая ответственность.

 Как вы оказались в футболе?

— В детстве играла с мальчишками при любой возможности, потом записалась в мальчиковую секцию единственной девочкой. Бегала в нападении. Во время каких-то соревнований меня заметил тренер Юрий Худой, набиравший женскую сборную района. Тоже сначала ставил в атаку, носилась почти год, пока не травмировалась наш вратарь. Тренер попросил подменить ее на одну игру, но оказалось, что я стала голкипером навсегда. Мечтала вернуться в поле, а Юрий Александрович всякий раз находил способ меня уговорить. В 16 лет с его подачи оказалась в "Кубаночке", начала тренироваться со взрослыми девчонками в Краснодаре, выступала за молодежный состав.

— Где прошло ваше детство?

— На Кубани, в Трудобеликовском. Это самый большой хутор в России, население 10 тысяч человек.

— От вас рукой подать до двух морей, Черного и Азовского. Какое больше нравится?

— Оба. Хотя мы не так часто выезжали на море. Кубань под боком, плескались там.

— Через реку от Трудобеликовского — город Славянск-на-Кубани. Ощущаете себя землячкой братьев Миранчуков?

— Честно говоря, не знала, что они из Славянска.

— Значит, памятников на родине им пока не установили.

— Может, потому и не знала. Занималась конным спортом, футболом, резвилась, как все дети. Спорт не казался в том возрасте чем-то профессиональным, он просто нравился, как любая игра, дарил удовольствие, поэтому к спорту всегда влекло. Вратарем себя не представляла. Как это — стоять на месте?! Хотелось движения. Забивала, раздавала пасы во дворе. Потом оказалась на большом футбольном поле и вдруг поняла, что простора для меня как-то многовато, я в нем теряюсь. В тот момент впервые задумалась о вратарской позиции, на которой можно сыграть не менее полезно. Тренеры были только за. А уж когда начала заниматься с Игорем Фильченко в "Кубаночке", всерьез почувствовала себя голкипером.

— Сильный тренер?

— Вложил в меня знания и опыт, все, что говорил, подтверждалось на практике. Авторитетный и грамотный.

— У вас шесть братьев и две сестры. Каково это — вырасти в многодетной семье?

— Это очень здорово. Семья у нас крепкая, дружная, каждый за каждого. В семьях, где один или два ребенка, этого не хватает, мне кажется, не всегда можно найти настоящего друга среди сверстников. А мы росли как одно целое. Доброта, взаимопомощь, умение сопереживать, чувство локтя — все эти качества обязательно формируются в многодетной семье. Сейчас повырастали, разъехались, у каждого своя жизнь, но родство между нами очень крепкое.

— Жили в квартире или в доме?

— В большом доме, которые строили, кажется, еще дедушка с бабушкой.

— Все дети мамины и папины, не приемные?

— Нет, кровные братья и сестры. Когда мне было 15, папы, к сожалению, не стало, мама продолжала растить нас одна.

— Представляю, сколько времени проводила у плиты, чтобы прокормить такую ораву.

— Сейчас по-другому смотришь на эти моменты, а тогда все казалось естественным. Были ухожены, накормлены. Я не знала, как мама справляется, воспринимала как должное, но теперь восхищаюсь ее терпением и трудолюбием. Где работал папа? Везде, где была работа. Родители деликатно ограждали нас от взрослой информации. Не возмущались, не жаловались, у нас просто было все необходимое для нормального детства.

— Знаете другой вид спорта, в котором женщины шмякались бы с высоты о землю всем организмом?

— Вот вы спросили, и задумалась. Может, только единоборства, хотя у нас повыше падать, с разбегом и прыжком, да еще по собственной воле. Но организм такая машина, что адаптируется ко всему, падения у нас не считаются экстримом.

— Когда идете в штрафной на мяч, коленку выставляете?

— В каком смысле?

— Для самозащиты и устрашения. Кто не успел увернуться, в следующий раз подумает, противостоять вам или нет.

— Как-то вы чересчур нежно сказали — «коленка». Я даже не поняла. У вратарей колено, вот его выставляю, конечно. Это основа, база, школа, все так делают. Бей своих, чтобы чужие боялись, — к сожалению, правда жизни. Когда идешь на мяч, сортировать игроков в штрафной некогда, пусть все разбегаются.

— Доводилось видеть серьезные травмы?

— Не помню такого. Фолы спортивные были, но вообще девочки играют чисто, по правилам. Из берегов никогда не выходят.

— А у вас самой травма была.

— Случился вынужденный отпуск, не хочу вспоминать. Все в рамках футбольной жизни.

— На мяч при прочих равных руками пойдете или ногами?

— От ситуации зависит. Страха нет сыграть хоть так, хоть так.

— Стиль Нойера, часто играющего как последний защитник, вам подходит?

— В «Краснодаре» такое практикуется. Когда линия обороны играет высоко, вратарь превращается в чистильщика, последнего защитника. В других командах, насколько я поняла, голкиперы чаще сосредоточены на прямых обязанностях. Тут тоже все по ситуации, что нужно, то и делаешь.

— В свои 23 вы запомнились четырьмя пенальти, отраженными в матчах сборной. Вам не смогли забить англичанки, голландки, итальянки и португалки, кстати, причем та игра была для вас дебютом в национальной команде. Пенальти ваш конек?

— Судить не мне, но подробностей не ждите, пусть мои методы и секреты останутся при мне. Скажу лишь, что учил меня этому первый тренер, который сам здорово брал пенальти. Если что-то передалось, его заслуга.

— С того матча против португалок, в котором вы победили в гостях 1:0, прошло четыре года. Каковы они сейчас?

— Стали сильнее, на мой взгляд. Не стояли на месте, совершенствовались. Португалия не входит в число лучших сборных мира, но недооценивать или относиться к соперницам без уважения нельзя. Крепкая команда, сильные игроки.

— Ваш рост 174 сантиметра. Нормально для вратаря?

— Есть девочки повыше, есть пониже. У шведок, допустим, вратарь выше метра восьмидесяти, в Корее и Японии можно увидеть маленьких. Жестких стандартов не существует, но важно понимать: в мужском футболе габариты вратарей более значимы. Женщина, какой бы она ни была, все равно не дотянет до двух метров роста, а защищать ей приходится те же ворота — 2,44 на 7,32. На первый план тут выходит реакция и другие нюансы вратарской техники.

— Как вам работается с многолетним первым номером сборной Эльвирой Тодуа?

— Эля очень опытный вратарь, работа с ней приносит большую пользу. Она для меня как второй тренер: намного взрослее и с огромным багажом знаний.

— У вас багаж тоже неслабый, если дважды признавались лучшим вратарем страны.

— Трижды.

— Тем более. В интервью нашему сайту главный тренер сборной Юрий Красножан говорил, что не делит вратарей на первые и вторые номера. Расстроитесь, однако, если не обнаружите себя в стартовом составе 9 апреля?

— Пусть мы из разных клубов, но сборная — одно целое. Вместе пашем ради общего результата. Как бы ни решили тренеры, мы останемся едиными. Каждый хочет играть, однако главный критерий — польза для команды. Пока я в спорте, для меня это правило останется безоговорочно главным. В "Краснодаре", знаете, на первом месте как раз командный дух. Все подчинено ему, и каждая работает так, чтобы заслужить право выйти на поле.

— Еще одна выдержка из интервью Красножана: его беспокоит "мощностной компонент", который позволил бы повысить "интенсивность действий", число «рывков и ускорений». Как это достигается у мужчин, понятно: иди в зал, превращайся в Криштиану, и будет тебе атлетизм. А как у женщин вообще и вратарей в частности? Нужна вам штанга?

— Атлетизм трактуется по-разному. Для меня это сила, которая проявляется не в рельефе мышц, а во внутренней мощи. Бывают худые люди, но на поле от них все отскакивают, согласны? Потому что укреплены мышцы, суставы, связки. Идеально, наверное, когда рельеф и сила совмещены.

— Интенсивность у полевых игроков меряется спринтами и спуртами. А у вратарей?

— Короткими спринтами, по 5-7 метров. Вот ты стоишь — и должен сорваться с места с бешеной скоростью, чтобы успеть к мячу. Не успел? Получи другой исход матча. У нас очень много именно такой взрывной работы.

— В 2017-м вы дали интервью сайту УЕФА. Как только речь зашла про лошадей и ваше увлечение конным спортом — расплакались. Что на вас нахлынуло?

— Все вместе. И любовь к животным, и эмоции после первого победного матча на чемпионате Европы, и девичьи нервы. По лошадям скучаю уже больше пяти лет. Могу в парке проехаться на прокатной лошадке шагом, но в конюшню приехать себе не позволяю. Отдалилась немножко, хотя привязанность к этим животным, их силе и уму, всегда будет со мной. Любовь с первого взгляда, можно сказать.

— Доводилось падать с лошади?

— Конечно. Но это не отбило охоту к конному спорту. Так нравилось, что возвращалась снова и снова.

— На «Матч ТВ» выходило интервью с чемпионом Европы по футболу среди слепых. «Поехали по дрова, дядя доверил телегой порулить, — рассказывал Сергей Манжос. — Сижу впереди с вожжами, с прутиком, лошадь погоняю, девять лет мне. А дорога вязкая, песок, лошадка тупит, мне скучно. Надо прибавлять! Прям вовсю старался, выжимал из кобылы мощности. Видимо, сильно ей надоел, вот она и взбрыкнула. Шарах копытом в лоб мне. В переносицу. Не успел вообще ничего. Ни пикнуть, ни дернуться. Бум — и сразу темнота, как будто свет выключили. Ну и все на этом, больше солнца я никогда не видел». Есть такая опасность в обращении с лошадьми?

— Усвоила истину: лошадь — отражение тебя самого. Если боишься, страх передается животному, и оно может стать непредсказуемым, начать тебя испытывать, скинуть, лягнуть. Чувствуешь боязнь? Лучше к лошади не иди.

— Для вас имеет значение, много зрителей на трибунах или мало?

— Очень важный момент. Болельщики помогают выйти за рамки возможностей, сделать что-то невероятное, заряжают поддержкой. Даже если играем в гостях.

— Артем Ребров целует штанги. Как вы относитесь к этим железкам?

— Лучше ничего не буду говорить. У каждого есть приметы, раскрывать их нельзя. Штанги и ворота — они мои, вот и всё, что могу сказать.

— А про ногти расскажете? У вас в инстаграме много яркого по теме.

— Про это можно, это не сокровенное, к футболу отношения не имеет. Был период, когда нравилось экспериментировать, вот и выкладывала.

— Вас приглашали европейские клубы?

— Были только слухи, без конкретики. Если и поступала информация, то в клуб. Однажды сказали, что кто-то интересовался, отнеслась к этому спокойно.

— В женском футболе есть агенты?

— Есть. Но у меня нет, все эти вопросы на клубе. Может, и к лучшему, при составлении контракта способен помочь специально нанятый, а не постоянный юрист.

— Читал, что ваш молодой человек подарил вам боксерские перчатки. И сказал: если вам поставить удар, сможете вырубить человека. Чувствуете в себе такой потенциал?

— Не знаю, со стороны виднее. Но особой склонности к единоборствам не испытываю.

— Правда, что передвигаетесь по Краснодару на общественном транспорте?

— Да, и меня это совсем не напрягает. Живу в доступности от всего, что нужно, спокойно обхожусь без машины и не вижу ничего зазорного в том, чтобы проехаться на маршрутке. Нормальный городской транспорт.

— Что читаете в дороге? Если читаете.

— В основном слушаю. Например, аудиокнигу Джона Кехо "Подсознание может все" или другие его произведения. Пишет про силу мысли, деятельность мозга. Интересно и полезно.  

Источник: МатчТВ